«Активизация газового сотрудничества с Ираном — это, наравне с идеей создания газового хаба в Турции, одно из направлений диверсификации поставок российского голубого топлива», — отмечает доцент Финансового университета при правительстве РФ Валерий Андрианов.

По его словам, в случае с Турцией речь шла скорее о создании центра ценообразования и торговой площадки, нежели о реальном наращивании транзита в краткосрочной перспективе, поскольку сооружение дополнительных магистралей по дну Черного моря в нынешних условиях проблематично. Иранский же вектор сотрудничества изначально подразумевал организацию поставок газа в Исламскую Республику.

«Чтобы вывести поставки газа в Иран на декларированные 55 млрд куб. м в год, необходимо сооружение новых магистралей — либо в уже существующем сухопутном коридоре от Моздока в Аджикабул и далее в Исламскую Республику, либо по дну Каспийского моря. Поскольку эти проекты находятся в стадии обсуждения, возможна корректировка их пропускной мощности как в меньшую, так и в большую сторону, вплоть до 100 млрд куб. м», — считает эксперт.

Замгенерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов напомнил, что в Иране нарастает дефицит газа в объеме 150–300 млн куб. м в сутки. Поэтому емкость рынка для российских поставок будет велика.

«Плюсы сотрудничества — стабильный новый рынок. Минус заключается в низких внутренних ценах, которые заставят иранцев активно торговаться», — полагает он.

С коллегой согласен Валерий Андрианов, который среди плюсов отмечает большую емкость внутреннего рынка и выгодное географическое положение государства, превращающее его в потенциальный газовый хаб для организации поставок в третьи страны.